Сету атум - Юрий Тамразов

Надо брать инициативу на себя, захожу под псевдонимом, придуманным на скорую руку.

Приветствуем Дьявольского рыцаря!

Дьявольский рыцарь говорит: Народ, чего молчим? Кто читал «Некрономикон»? И где обещанная инфа?

Asmodei говорит: Некрономикон – никчемная подделка. Какая информация тебя интересует, воитель ада?

Дьявольский рыцарь говорит: Наверное, Вы читали не в том переводе. Я пробовал некоторые ритуалы – они работают! Мне ребята в сети говорили, что тут будет ритуал посвящения в темные владыки!

Валяю дурака, конечно, но подобная публика весьма падка на неокрепшие души. Портрет виртуального меня созрел довольно быстро, теперь претворяю его в жизнь, отхлебывая кофе.

Asmodei говорит: Я читал все переводы. Я знаю, о чем говорю)) Посвящение? Нет, но будет кое-что лучше.

Дьявольский рыцарь говорит: Я тоже знаю. Некромантией уже не первый месяц увлекаюсь!!!

Asmodei говорит: Не первый месяц? Ты – новичок. А я – мастер.

Дьявольский рыцарь говорит: Не первый месяц – это некромантией!!! А так я еще гоэтику практиковал и учение Блаватской!!!! Когда будет «кое-что» получше?

Пальцы порхают над клавиатурой, ухмыляюсь. Образ болвана получается на «отлично». Теперь остается зацепить упыря за раздутое эго, и можно считать дело сделанным. Интересно, почему молчит народ?

Asmodei говорит: Блаватская – ерунда. Надо изучать первоисточник))

Дьявольский рыцарь говорит: Сами Вы ерунда!!! Она и есть первоисточник.

Asmodei говорит: Нет, ты ошибаешься.

Дьявольский рыцарь говорит: Да и кто же тогда первоисточник, о, Великий!?!??!

Asmodei говорит: Я. Судя по знакам препинания, ты молод и неопытен. Я могу все.

Дьявольский рыцарь говорит: Я не молод!!! Мне 16!!! Одни понты! Где практика?

Дальнейшее развитие событий было предсказуемо. Немного строптивости в начале, потом толика удивления, потом интерес к великой персоне хоттабыча. Потом лесть и под финал просьба взять шестнадцатилетнего несмышленыша в ученики. Люди, искренне считающие себя сторонниками темных сил, любят подобные эмоциональные коктейли.

Asmodei говорит: Мне нравится твой напор. Мои братья и сестры, вот файл: http:tworld/most/doroga.doc – качайте документ и внимательно следуйте инструкции. Я жду вас в моем мире. И помните, усыпать надо не позднее трех часов ночи!

Дурак – не дурак, а в тонкости процесса посвящен, Борьку надо спасать. Читаю скачанный текстовый документ, отбиваю тонкими пальцами барабанную дробь по столешнице. Не все так просто. В документе описывается техника погружения в зеркала. Не самая сложная – для новичков, но и она не должна была попасть в руки людей, тем более, таких как этот. Переживать заставляет и время, обозначенное магом для начала практики, – три ночи. Отличный выбор, если ты хочешь подселить в тела неофитов какую-нибудь тварь. Слишком много знает для «как бы мага» товарищ хоттабыч.

Надо серьезно подготовиться. Три ночи – миг свободы для всякой твари из нисходящих миров. Значит, уже пробовал, значит не в первый раз. Что ж, посмотрим кто кого. Бодрюсь, но волнение неприятно гложет душу. Придется лезть в его мир. В мир, где он может все, где, скорее всего, мои способности будут ограничены. Интересно, в этом мире тоже можно будет умереть? Стоит вспомнить приятную на ощупь рукоять шашки, зеркальный блеск клинка – мой козырь.

***

Еще чуть-чуть. Под ногами стелется узкая разбитая дорога, по обочинам дороги темнеют невысокие деревянные домишки, шумит прохладный ветер меж веток высоченных тополей. Выхожу к кладбищу. У меня есть преимущество перед несчастными, захотевшими примерить на себя всемогущество. Я полностью осознан в этом мире, новичок, погружаясь в зеркало первый раз – овощ. Без труда воплотившись в мире, созданном воображением мага, решил в первую очередь осмотреться, прежде чем идти на место сбора, старательно описываемое в инструкции.

Непуганый идиот – делаю вывод после непродолжительной прогулки. Никаких препятствий для чужой воли. Я могу здесь летать, могу использовать стихии, шашку, меж тем, не выпускаю из рук. Пусть послужит отвлекающим маневром, да и энергию надо поберечь. Спасибо Сан-Санычу за подарок.

Луны на небе не видно, от того атмосфера места куда как зловещая. Волчье солнышко хотя бы отгоняет тьму, а так… Высокие кладбищенские ворота закрыты. Ускоряюсь. Короткий разбег, тяжелый ботинок слегка касается кованого железа, уходящего в вертикаль на добрых три метра, нахожу точку опоры, отталкиваюсь, перелетаю через ограду. Контуры крестов, могилок, гранитных стел и не стихающий ветер.

Когда-то, перед тем как сделать свой самый главный выбор и стать тем, кем я являюсь, я частенько прогуливался по подобным местам, по большей части днем. Бродил меж могил, всматривался в надписи, пытался вместить в себя простую мысль – мы смертны. Смертны и недолговечны. А это значит, что в этом мире стоит выбирать ценности более вечные, чем мы сами, пути более долгие, чем мы сами. Только так человек способен прорастить в себе вечность и прирасти вечностью. Все другие варианты заканчиваются расстройством, прахом и горсткой, нажитой за недолгую жизнь разрисованной бумаги. Заброшенные могилы были прямое тому подтверждение. После сделанного выбора открылся горизонт событий, и на душе стало много легче. Позже, лет в 14, пришло увлечение индийской философской традицией. Так во мне зарождался охотник.

Выбор был сделан давно, на улице безлунная ночь, и подобные мысли уже не посещают голову. Стараясь не шуметь, не задевать ломкие ветки кустов, пробираюсь через кладбище.

Стою на перекрестке, с успехом пройдя мрачное местечко вечного покоя, оглядываю местность. Перекладываю шашку в правую руку. До ритуала осталось от силы двадцать минут. Верчу головой в поисках удобной для наблюдения позиции. Замечаю раскидистые, высокие кусты сбоку от перекрестка, отличное место. Множество тонких веток, усеянных широкими листьями, скроют и медведя, не то, что меня. Теперь отсутствие луны мне на руку, аккуратно раздвигаю колючие ветви, скрываюсь в листве. Сейчас самое трудное – застыть и не отсвечивать. Последнее не метафора, втягиваю все свои зеркальные оболочки в здешнее тело, сужаю контур до минимума. Кто его, упыря, знает? Почует – придется мне туго.

«Ага», – едва слышно буркаю себе под нос, в кровь впрыскивается адреналин. В центре перекрестка из темноты постепенно выплавляется фигура высокого мужчины. Мужчина осматривается, дает отмашку костистой рукой. Я отодвигаюсь вглубь кустарника. Перекресток заливает бледный свет появившейся на небе луны. Его мир повинуется желаниям создателя. Плохо.

Маг хмыкает, ведет рукой, очерчивая в воздухе круг, тонкие губы шепчут слова на неизвестном мне языке. Вокруг худощавой фигуры, облаченной в безрукавную футболку, узкие штаны, образуется рисунок – окружность с вписанным в нее пересечением линий. Порядок линий внутри круга хаотичный, – никакой логики. Длинные узловатые пальцы приглаживают редкие седые волосы. По бокам круга возникают аналогичные фигуры меньшего размера. В каждой из фигур появляются остальные действующие лица. Присматриваюсь к вновь прибывшим – в основном подростки. Как же, к кому еще подселять эдимму? Юная открытая душа, лишенная критического мышления, опыта, силы. Одни эмоции да тяга к протесту, разрушению – отличная питательная среда. Провожу ногтем по острому как бритва краю шашки. Знакомых среди стоящих на перекрестке не вижу. Молодцы разноверы – ни один не повелся на обещание, подкрепленное именем Люцифера! Чистые души, пусть и бестолковые еще. Вот таких надо брать под руки и вести – отплатят сторицей. Я тоже молодец, – беседы не прошли даром.

Худощавый отстегивает от бедра небольшой трехгранный кинжал с костяной рукоятью, скрипя кожаными штанами, наклоняется, соединяет прямыми линиями все окружности в единый рисунок. Адреналин клубится в теле, мышцы требуют действия, еле сдерживаюсь, чтобы не начать действовать прямо сейчас. Поскорее бы прекратить это затянувшееся ожидание. Сверкающие грани кинжала в руке упыря заставляют сердце биться сильнее. Ситуация становится все опаснее.

Завершив начертание соединительных линий, лидер, властным движением раздвинув мешающих пройти подростков, входит в центр круга. Расправив плечи, упырь становится еще выше, окидывает пустыми, ничего не выражающими глазами место жертвоприношения. Что-то заметил? На всякий случай сжимаю рукоять шашки крепче.

Маг вскидывает руку, ведомая его силой, со своего места срывается одна из жертв, безвольно раскинув руки по бокам туловища, с запрокинутой головой, фигура жертвы подлетает к мужчине. Мертвенно бледное лицо колдуна искажает ухмылка, он обхватывает жертву за талию, придвигает к себе, замирает.